Персональный сайт

Холера последние новости. Азербайджану угрожает холера из Ирана?

hismay — Fri, 30 May 2014 01:33:29 GMT

Как передает AZE.az, в Республиканской противочумной станции Минздрава АР предупредили о том, что в республику может прийти опасное заболевание из Ирана.

На станции предупредили, что холера обычно распространяется через воду (в отдельных случаях - через пищу).

Холеру можно подхватить, если вода не соответствует нормативом, либо люди пьют воду из-под крана, неочищенную.

В случае, если факты заболевания будут выявлены на границе Азербайджана с Ираном, будут предприняты меры.

Некоторые реки Ирана впадают в Араз. Вода из Ирана затем идет в различные регионы Азербайджана, что также может быть опасным.

Однако вероятность заражения посредством контакта с человеком очень мала. Люди, посетившие опасные зоны, обычно держатся под наблюдением.

Холера — острая кишечная антропонозная инфекция, вызываемая бактериями вида Vibrio cholerae. Характеризуется поражением тонкого кишечника, водянистой диареей, рвотой, быстрейшей потерей организмом жидкости и электролитов с развитием различной степени обезвоживания вплоть до гиповолемического шока и смерти.

К методам профилактики холеры относят: предупреждение заноса инфекции из эндемических очагов; соблюдение санитарно-гигиенических мер: обеззараживание воды, мытьё рук, термическая обработка пищи, обеззараживание мест общего пользования и т. д.; раннее выявление, изоляция и лечение больных и вибрионосителей.

Источник: www.aze.az

Холера меры профилактики. Профилактика холеры. История иерсиниозов

hismay — Sun, 25 May 2014 07:22:48 GMT

$CUT$

Профилактика холеры. История иерсиниозов

Холера - типичный антропоноз. Источник инфекции - больные холерой и вибриононосители. Путь передачи инфекции -фекально-оральный. При холере Эль-Тор, в связи с большой устойчивостью возбудителя во внешней среде, возможно заражение человека при употреблении сырых и недостаточно термически обработанных продуктов моря (креветки, устрицы, рыба), а также при купании в водоемах с теплой непроточной водой, где длительно может находиться вибрион (в иле и воде).

Но существование резервуара холерной инфекции вне организма человека большинством ученых отрицается. Большое значение в возникновении эпидемических вспышек холеры имеет инфицированная вода. Водные вспышки холеры носят «взрывной», быстро распространяющийся и массовый характер. Передача холеры возможна через пищевые продукты и контактно-бытовым путем.

Восприимчивость к холере высокая. Большую защитную роль играет кислотный барьер желудочного содержимого, поэтому прием 2% раствора соляной кислоты (1 столовая ложка) перед едой сотрудниками холерных госпиталей признана рациональной. Меры профилактики сводятся к оздоровлению населенных мест, обеспечению населения чистой питьевой водой и достаточным уровнем дезинфекции и очистки сточных вод, поступающих в реки и моря.

Необходимо строгое соблюдение санитарно-гигиенических норм на предприятиях пищевой, молочной промышленности, объектах общественного питания и торговли. В период эпидемических вспышек холеры профилактические меры расширяются. Вакцинация против холеры пока себя не оправдала также, как и массовая антибиотикопрофилактика в период эпидемических вспышек. В связи с кратковременностью поствакцинального иммунитета (4-6 мес) в случаях угрозы возникновения и широкого распространения холеры, а также в период уже начавшейся эпидемии, решение о массовых прививках всякий раз требует взвешенного подхода и убедительной аргументации с учетом действительно ожидаемой ее профилактической эффективности.

История иерсиниозов

Иерсиниоз - острое инфекционное заболевание, относящееся к зоонозам, характеризующееся первичным поражением желудочно-кишечного тракта с тенденцией к генерализации и вовлечением различных органов и систем. Представлен двумя нозоформами: кишечным иерсиниозом и псевдотуберкулезом.

Открытие возбудителя псевдотуберкулеза принадлежит Л. Малассе и В. Виньяльо (1883 г.); возбудитель кишечного иерсиниоза открыли Д. Шляйфстейн и М. Колеман (1939 г.). Название болезни дано в честь А. Иерсена, открывшего возбудителя чумы (1894 г.). Долгое время возбудителя псевдотуберкулеза находили в трупах грызунов, погибших от чумы, которые не имели отношения к ее этиологии.

Первое описание клиники заболевания принадлежит А.П. Чехову во время его путешествия на о. Сахалин, где эта болезнь была широко распространена и называлась «Сахалинской лихорадкой». В дальнейшем, во время эпидемии псевдотуберкулеза в 1959 г. на Дальнем Востоке, это заболевание стали называть скарлатиноподобной лихорадкой. В.А. Знаменский в опыте самозаражения установил их этиологическую принадлежность к псевдотуберкулезу. В России иерсиниозы изучали Г.П. Сомов, М.А. Борисова, Г.В. Ющенко, В.И. Покровский и др.

- Читать далее "Причины и возбудители иерсиниозов. Механизмы развития иерсиниозов"

Оглавление темы "Особенности опасных кишечных инфекций":
1. Профилактика эшерихиозов. Кампилобактериоз и механизмы его развития
2. Клиника и проявления кампилобактериоза. Лечение и профилактика кампилобактериоза
3. История изучения холеры. Источники и причины холеры
4. Механизмы развития холеры. Клиника и проявления холеры
5. Степени дегидратации по Покровскому. Проявления дегидратации при холере
6. Диагностические критерии холеры. Принципы современного лечения холеры
7. Профилактика холеры. История иерсиниозов
8. Причины и возбудители иерсиниозов. Механизмы развития иерсиниозов
9. Клиника и диагностика иерсиниозов. Современное лечение и профилактика иерсиниозов
10. Ротавирусный гастроэнтерит. Проявления и клиника ротавирусного гастроэнтерита

Источник: meduniver.com

Холера історія. Чума и Холера. История странной жизни.

hismay — Sun, 25 May 2014 07:01:15 GMT

Сообщить о нарушении правил

Набросок из нескольких строк, еще не ставший полноценным произведением
Например «тут будет первая часть» или «я пока не написала, я с телефона»
Мнения о событиях или описания своей жизни, похожие на записи в личном дневнике
Не путать с «Мэри Сью» — они мало кому нравятся, но не нарушают правил.
Конкурс, мероприятие, флешмоб, объявление, обращение к читателям
Все это автору следовало бы оставить для других мест.
Подборка цитат, изречений, анекдотов, постов, логов, переводы песен
Текст состоит из скопированных кусков и не является фанфиком или статьей. Если текст содержит исследование основанное на цитатах, то он не нарушает правил.
Текст не на русском языке
Вставки на иностранном языке допустимы.
Намеренная провокация или оскорбление Автор создал текст с целью потроллить читателей. Не путать со стёбом или пародией.
Плагиат
Пользователь, опубликовавший работу, не является настоящим ее автором или переводчиком.

Источник: ficbook.net

Холера арабатка. Арабатская стрелка – Керчь: велопробег по бездорожью

hismay — Fri, 16 May 2014 03:55:34 GMT

$CUT$

Нитка маршрута:
Новоалексеевка – Геническ – Счастливцево – Стрелково – Арабатская стрелка – Соленое – Каменское – Щелкино – мыс Казантип – побережье Казантипского залива – Золотое – генеральские пляжи - бухта Широкая – озеро Чокрак – Курортное – Керчь

Велопоход Арабатская стрелка, Керчь

Даты: 19-25 августа 2009 г.
Этот велопоход стал нашим вторым серьезным путешествием по Крыму на велосипедах, и к планировке маршрута в этот раз мы подошли довольно серьезно. Вспоминая прошлогодние мучения на Чатыр-Даге, мы пришли к выводу, что прохождение горных маршрутов с велосипедами – это занятие на любителя, с чем соглашаются даже некоторые весьма опытные велотуристы. Да и лично мне в горах гораздо приятнее в размеренном темпе лазить с рюкзаком, любуясь окружающим пейзажем, чем надрываясь тащить наверх велосипед, ради того, чтобы прокатить на нем несчастных 10 км., да и то только по самым незаковыристым тропинкам.
Но, в то же время, не хотелось делать и «асфальтный маршрут», поскольку для меня в походе очень важно как можно больше отдалиться от людей и надоевшей до чертиков цивилизации. Больше всего на свете хотелось забыть обо всем и на время погрузиться в буддистское спокойствие и созерцание красот окружающего мира.

Велопоход по Арабатской стрелке

С такими требованиями к планировке маршрута выбор был практически очевиден – Арабатская стрелка. Километры пути по практически безлюдной равнинной местности, уникальные природные ландшафты и возможность в любой момент окунуться в теплые воды Азовского моря сделали этот маршрут весьма популярным среди велотуристов.
Арабатская стрелка – одно из наиболее удивительных ландшафтных явлений, когда либо виденных мною. Она представляет собой песчаную косу длиной около 110 километров и шириной от 250 метров до 7 километров. Находится она между Азовским морем и озером Сиваш. Ее название происходит тюркского слова «арабат» - «предместье». У основания Арабатской стрелки, у берегов Крыма, рядом с соляным промыслом, находится старая, уже разрушенная турецкая крепость «Арабат». Она построена, как полагают, во второй половине XVII в., в южном основании Арабатской стрелки - в двух километрах к северо-западу от села Ак-Монай (Каменское).

Велопоход по Арабатской стрелке

Вариации на тему прохождения выбранного нами маршрута заключаются, в основном, в выборе конечной точки: можно ограничиться лишь велопробегом по песчаной косе и добраться до ближайшей железнодорожной станции по трассе, можно продлить удовольствие доезжая на велосипеде через многочисленные бухты и пляжи до Керчи, а можно крутить педали до самой Феодосии или даже Судака (а это уже 1-ая категория сложности велопохода).
Так как наша походная тактика заключается в совмещении активного туризма, фотосессий и просто приятного отдыха, то ни о каких категориях мы не задумывались. По времени рассчитывали примерно на неделю, так как. этим же летом ходили и в пеший поход по Карпатам, поэтому провести больше времени на морском побережье не позволяла работа. С таким расчетом у нас получалось без особых трудностей доехать до Керчи и даже посвятить целый день изучению городских достопримечательностей. В дальнейшем этот план и был успешно реализован.

Керчь, крепость Ени-Кале

18.08.
Итак, 18 августа с запасом в целый час до отправления поезда приезжаем на вокзал, как обычно вдоволь надышавшись выхлопными газами на проспекте Победы, окутанные мечтой поскорее уехать прочь из шумного душного города навстречу приключениям, жаркому солнцу и соленому морскому ветру. Грузимся в поезд без особых проблем. В ответ на попытки проводницы отправить нас за багажными квитанциями или содрать с нас денежку за провоз велосипедов машем у нее перед носом бумажкой, где черным по белому написано, что в упакованном виде имеем полное право возить велосипеды бесплатно. На этом проблема исчерпывается.

19.08.
Прибываем на станцию Новоалексеевка около 7 утра, стоянка 2 минуты. За это время надо успеть выкинуть из вагона упакованные рамы, колеса и сумки с вещами. Пакуемся и заранее выносим все в тамбур. Развернуться негде, проводница недовольно морщится, но нас это, в общем-то, уже не касается. Процесс сборки велосипедов на перроне вызывает живой интерес у местных жителей. Стараемся не обращать внимания на уставившихся в упор зевак, цепляем на багажник свои баулы и направляемся в сторону трассы, которая должна привести нас к долгожданной цели.
Сутра дорога была окутана густым туманом, из-за чего поначалу было даже довольно прохладно, но очень скоро стало жарко и душно. Начало пути, в общем-то было мало примечательным: для того чтобы добраться до диких уголков природы всегда приходится большую часть первого дня ехать по более или менее оживленной трассе, прежде чем дорога из асфальта превратится сначала в раздолбанное подобие асфальта, затем в засыпанную кое-как щебенкой пыльную дорогу и, в конце концов, в узкую грунтовую колею или тропинку. Правда в данном случае схема отдаления от цивилизации оказалась еще сложнее. Асфальтированная трасса в районе Генической Горки превращается в широкую дорогу, вымощенную плитами со старого аэродрома – покрытие весьма специфическое, но все же в десятки раз лучше «стиральной доски», которая начинается на подъезде к Арабатской стрелке.

Арабатская стрелка на велосипеде

Пока мы ехали по трассе из-за тумана трудно было разглядеть то, что находилось за обочиной дороги, - только какая-то белая мгла вокруг, но когда моим глазам открылся вид на озеро Сиваш – моему удивлению не было предела, я вообще долго не могла взять в толк что же это такое. До самого горизонта простиралась пятнистая равнина, местами поросшая желтой травой или коричневыми водорослями, а местами покрытая неровной белой кромкой слои. И только тщательно вглядываясь в это земное полотно можно было различить то тут, то там маленькие лужицы воды. И это называют лиманом?! А что самое примечательное, я наконец поняла от куда брался этот едкий запах, уже давно преследовавший нас на нашем пути. Оно, это самое озеро, и воняло. На Арабатской стрелке, когда соленые болота Сиваша будут рядом на протяжении более ста километров запах сероводорода станет уже совершенно привычным, но первое впечатление от него едва ли назовешь приятным. Уже дома я прочитала, что Сиваш местные называют Гнилым морем, что и не удивительно :). Но все-таки посмотреть на эту чудо-гадость было весьма интересно.
Ехалось в первый день легко и с азартом, первые 20 км. пролетели почти незаметно. В с. Геническая Горка ошарашили своим появлением отдыхающих, искупались в Азовском море, купили на рынке фруктов, захватили с собой трубки и очки для ныряния, пополнили запас воды и отправились дальше. Забавно было видеть вдоль дороги указатели местных пансионатов и баз отдыха с чисто советскими атавистическими названиями в стиле «база отдыха Монтажник», «Электрик», «Сварщик» и т.п. Кажется, на этом побережье были увековечены все почетные пролетарские профессии.
Последний населенный пункт на Арабатской стрелке – село Стрелково, после него дорога вдоль Арабатской стрелки разветвляется, но в конце концов любая из них приводит к последнему оплоту цивилизации, примерно в 10 км. от Стрелково – страусиной ферме. Но наше желание посмотреть на толпу страусов было пресечено тем, что, как оказалось, на месте этой самой фермы находится пансионат, на территорию которого с велосипедами нас не пустили. Пришлось дать 5 грн. охраннику, чтобы он их «посторожил», а мы пошли разведывать насчет страусов. Увы, в столовой пансионата нам сообщили, что страусов сейчас на ферме всего 3 – оставили на расплод, а посмотреть на них можно за 80 грн с человека, от остальных остались лишь яйца и отбивные, которые мы можем искушать по 50 грн. за порцию. Нам стало очень жалко страусов и их несчастные яйца, и кушать мы, естественно, ничего не стали, а купили водички да поехали восвояси.

Велопоход по Арабатской стрелке

Участок Арабатской стрелки в окрестностях с. Стрелково еще хранит в себе остатки цивилизации – здесь относительно часто проезжают машины, поднимая в воздух огромные облака пыли, что раздражало меня просто неимоверно. Западная сторона Арабатской стрелки со стороны Азовского моря представляет собой огромный пляж, состоящий из мелкого ракушечника и песка. На побережье очень много рыбаков и туристов-дикарей на машинах или даже с целыми фургонами. По всему берегу Азовского моря примерно через каждые 300 метров располагалась чья-то стоянка с палатками, тентами, раскладными стульчиками и даже занавешенными туалетными кабинками. Но за страусиной фермой плотность расположения дикарей заметно снижается, а вскоре признаки человеческого присутствия пропадают вовсе. На первую ночевку мы стали в нескольких км. от страусиной фермы, проехав за день в общей сложности около 100 км.

20.08.
Утром следующего дня нас ждал ранний подъем, очень классная рассветная фотосессия и километры пути по бескрайним просторам Арабатской стрелки. Многие, кто был на Арабатской стрелке, жалуются на однообразие и скучность ландшафта. Ну не знаю, кому как, но мне там скучно не было, это уж точно. Скучать не давала, в первую очередь, воспетая в отчетах каждым велотуристом «стиральная доска» - песчаная дорога, доведенная автомобильными колесами до состояния такой себе «пупырчатости». У меня есть подозрения, что и машина чувствует себя на таком рельефе не очень хорошо, а вот велосипед ежесекундно шлепает своего наездника по мягкому месту, и никакие «памперсы» в велотрусах не спасут вашу попу от огромных синяков. Поэтому, одним из развлечений во время поездки стал поиск среди множества параллельных дорог той, которая обладает наименьшей степенью «пупырчатости», и соответственно, наименее травмирует пятую точку.
Надо сказать, что местами поиск был весьма удачным – удавалось найти узкие тропинки между двумя водоемами, где грунт был немного влажным и плотно спрессованным, так что ехать по нему было одно удовольствие. По такой гладкой дорожке нам даже удалось удачно скрыться от приставшего к нам щенка немецкой овчарки. Правда счастье было не долгим: через несколько километров дорога резко оборвалась и мы со своими велами уперлись в вязкое и, как я уже говорила, ну о-о-о-чень неприятно пахнущее болото. Ехать назад было обидно, и мы решили, что вымазаться по колено в болоте и заодно загнать этой болотной грязючки в механизмы велосипеда будет гораздо менее обидней, поэтому пошли напролом. В итоге чумазые и вонючие мы таки выползли все на ту же «стиральную доску», которая, казалось, не закончится уже никогда.
Вторым развлечением во время езды стало постижение основ прикладной энтомологии, то есть общение со здешними насекомыми. Учитывая болотистый характер местности, насекомых здесь были просто тучи. В самом буквальном смысле. Рой противных маленьких желтых мошек преследовал нас повсюду. При езде они залетали в нос, в рот, в глаза и в уши, так что приходилось на ходу ежеминутно плеваться, сморкаться и чесаться, что тоже не оставляло времени для скуки :).
Нельзя не вспомнить и про беспощадно палящее солнце, мгновенно высасывающее из тела последние капли влаги и сил. Вообще, многие говорят, что из-за жары лето – не самый подходящий сезон для велопутешествий по Арабатке, но ведь если так судить, то лето – вообще не подходящий сезон для путешествий, в особенности по Крыму, где от жары никуда не деться. Но если уж очень хочется совместить туризм с купанием в теплом море, не остается ничего кроме как закинуть язык за плечи и терпеть, терпеть, терпеть.
Но и это еще не все. Кроме маленьких назойливых мошек дополняли радости жизни и местные мухи-цокотухи, очень больно кусающие за любые оголенные части тела. С каждым укусом меня передергивало, как от электрошока, и рука рефлекторно тянулась прихлопнуть эту подлую тварь. Пару раз такие передергиванья чуть не закончились падением.
В конце концов к полудню вся эта чехарда с местной природой нас изрядно измотала и мы остановились на привал. Пообедали, искупались в море, соорудили тент из карематов, легли отдохнуть в теньке и благополучно уснули. Проснулись около 4-х часов дня и поняли, что срочно надо паковаться и ехать: воды осталось очень мало, жара не спадала и до вечера кровь из носу нужно было добраться до противоположного конца стрелки в село Соленое, где можно было бы пополнить запас воды.
Большим сюрпризом для нас стало появление оазиса прямо посреди всей этой бесконечной пустыни в виде каких-то казарменного вида построек с отчетливыми признаками присутствия человека. Рядом красовалась табличка «Сдам комнату. Вода мин. и др.». Это нас обнадежило и мы смело зашли во двор. И тут случилось то, чего я совершенно не ожидала: на меня зарычали и громогласно залаяли две не привязанные немецкие овчарки. А вот хозяев не было видно, что не предвещало ничего хорошего. Я заслонилась велосипедом и замерла на месте. Наконец из дома вышел парень и обстановка, слава Богу, разрядилась.
На просьбу продать нам воды он печально покачал головой, и сказал, что нету – давно не завозили. Зато, если мы можем подождать, он добродушно согласился съездить к местному роднику и набрать для нас воды там. Мы от предложения не отказались и с благодарностью приняли воду. Правда потом оказалось, что вода эта имела странный зеленоватый цвет, не менее странный запах и была очень соленой на вкус. Мне невольно пришли в голову мысли о холере и сальмонеллезе. На протяжении следующих часов я мучалась решением дилеммы: что хуже не пить вообще или пить эту зеленую гадость.
Около 7 вечера, судя по километражу на велокомпьютере, мы должны были уже подъезжать к Соленому, но никаких признаков поселка на горизонте не наблюдалось. Усталость и жажда давали о себе знать и преодолевать каждый метр по бесконечной «стиральной доске» становилось все тяжелее. С водой нас выручил встречный автомобилист, у которого мы поинтересовались сколько еще ехать до поселка. Он сказал, что на машине доехал минут за 10, мы же плелись туда еще час. В итоге еле успели в местный магазинчик, быстренько затарились едой и водичкой и покрутили педали дальше.
От поселка отъехали всего несколько км. и решили ночевать на пляже, так как солнце уже почти село. Палатку ставили в темноте, были изъедены комарами, и очень уставшие отрубились до следующего утра. Итоги дня: 75 км. на велокомпьютере, отбитая пятая точка, болючие укусы мух и комаров, дикая усталость и обалденные впечатления.

21.08
Следующее утро не принесло долгожданного облегчения: дорога от Соленого до Каменского по сути представляет собой ту же «стиральную доску», только еще и усыпанную щебнем, который вообще превращает езду на велосипеде в настоящую пытку. Через 5 км. увидели Арабатскую крепость – сохранились только нижние части стен, видны очертания земляного вала и рва, когда-то окружавших крепость.
Дальше попытались узнать дорогу у местных. Большинство советовало ехать по трассе вдоль водоканала, но возвращаться из объятий природы на загазованный асфальт не очень хотелось, поэтому с помощью указаний одного дядьки все-таки поехали по грунтовке, и не ошиблись. Ехать было куда более спокойней и приятней, чем когда мимо тебя ежесекундно пролетают на бешеной скорости автомобили, а воздушные потоки, поднимаемые фурами и автобусами вообще чуть ли не сносят с трассы. Правда обратной стороной медали стала произрастающая в этих местах колючка, которая принесла нам в общей сложности четыре прокола за весь поход.
К середине дня приехали в город Щелкино, перевели дух, и получили порцию цивилизации в виде вкусного обеда в местном кафе. Ближе к вечеру спустились в с. Мысовое, издалека полюбовались на мыс Казантип, но в сам заповедник заезжать не стали, а покатились в юго-восточном направлении вдоль побережья Казантипского залива. Здесь наблюдалось еще более плотное, чем в начале Арабатской стрелки, скопление отдыхающих-дикарей с машинами и палатками типа «шатер», так что найти уютное свободное место для ночевки оказалось непросто. Кроме того, на пляжах было еще довольно много народу из местных пансионатов. В итоге забили на все и остановились просто на пляже, искупались, немного пофотографировались на закате и пораньше улеглись спать.

22.08
Сюрпризы следующего дня начались возле с. Песочное, которое свое название полностью оправдало. Более-менее укатанная дорога вдоль пляжа превратилась в абсолютно непроезжую песчанку, по которой пришлось идти пешком примерно в течение часа, таща велосипед за собой. Потом дорога как-то ушла вправо и мы потеряли из виду море, заехав при этом в лес, где нас атаковали несметные полчища саранчи. Живые и неживые особи, каждая размером с указательный палец, облепили дорогу и все вокруг. Такое впечатление, что мы попали в какую-то саранча-ленд. Пугаясь наших велосипедов они отскакивали из-под колес в разные стороны, и далеко не всегда удачно. Они то и дело больно били по ногам, иногда и по рукам, а когда врезались со всего маху в живот и ли в шею, было уж совсем не до шуток. Приятного, конечно, мало, но опять же - впечатление потрясающее! Кто знает, удастся ли еще когда-нибудь увидеть целый фонтан выпрыгивающей из-под колес саранчи?
Так мы ехали до поселка Золотое, откуда предстояло подняться на небольшое возвышение над морем и снова проехать несколько километров по безлюдным пляжам до озера Чокрак и пос. Курортное. Вид, открывшийся нашим глазам с возвышения над Золотым, превзошел все мои ожидания! К морю выходили небольшие, но удивительно красивые бухты, окаймленные причудливыми скалами. Нетронутые человеком песчаные пляжи с мелкими ракушками и прозрачная морская вода, играющая на солнце серебряными бликами, делали эти места похожими на настоящий рай на Земле.

Гереральские пляжи на Азовском море

В одной из таких бухт мы переждали полуденный зной, поныряли с масками и сделали несколько фото на память об этих чудесных местах. Снова поднявшись вверх поехали в направлении озера Чокрак, известного своими лечебными грязями. Этот участок маршрута был самым захватывающим и живописным: слева все время было видно море и сменяющие одна другую скалистые бухты, а справа за горизонт уходила бескрайняя степь, выжженная беспощадным крымским солнцем. Погода все дни похода была чудесная – на небе ни облачка, правда побочным эффектом стала неимоверная 40-градусная жара, временное облегчение от которой приносило лишь купание в Азовском море. Дорожное покрытие тоже не создавало проблем – по гладкой хорошо укатанной грунтовке можно было катить сколько угодно почти без усталости.
На ночевку остановились немного не доезжая озера Чокрак. На спуске оба ударились педалями об камень торчащий из травы посреди тропинки. Позже заметили, что слетел велокомпьютер, но попытки поиска в районе злосчастного камня ни к чему не привели, так что все данные по километражу пройденного маршрута были безвозвратно утеряны.
Место ночевки и морское побережье сплошь было усеяно высокими валунами, которые в лучах заходящего солнца приобретали незабываемые фантастические очертания. Но и тут нас постигла неудача: как следует сфотографировать эту красоту помешала заевшая кнопка фотокамеры, так что пришлось ограничиться лишь несколькими снимками на память.

23.08
На рассвете полюбовались сверху видом на озеро Чокрак, отделенное от моря лишь тонкой полоской пляжа. Внизу, возле самого озера, понаблюдали за людьми, принимающими грязевые ванны. Довольно забавная картина: кое-кто просто сидел в луже грязи, а несколько человек прогуливались по берегу все с ног до головы обмазанные влажной, блестящей на солнце темно-серой субстанцией. Нас возможность принять грязевые ванны как-то не соблазнила и мы покатили дальше, в сторону Керчи. Эту часть маршрута ехали в основном по асфальту, постепенно привыкая к индустриальным пейзажам.

лечебные грязи озера Чокрак

озеро Чокрак, лечебные грязи

При попадании в цивилизованный мир в нас проснулось непреодолимое желание помыться в пресной воде и надеть чистые, не пропитанные потом и дорожной пылью вещи. В Керчи потратили довольно много времени на поиски подходящей гостиницы. Одни отели не подходили нам из-за слишком высоких цен, другие же были похожи на бомж-притоны и останавливаться там как-то не улыбалось. В итоге все же нашли очень неплохой вариант на окраине города – трехзвездочная гостиница Меридиан, где за двухместный номер с горячим душем мы заплатили 180 грн., учитывая выделенное место для велосипедов на стоянке и даже завтрак. Меня очень порадовали раскрашенные в яркие цвета многоэтажки рядом с гостиницей. Вот если бы все дома в мегаполисах были такого цвета, думаю, словосочетание «индустриальный пейзаж» имело бы совсем иное значение.

Разноцветные домики в Керчи

Вечером того же дня съездили на маршрутке посмотреть на крепость Ени-Кале, расположенную в северо-восточной части города. «Ени-Кале» переводится как "Новая крепость". Она была сооружена для защиты Керченского пролива в последний период турецкого владычества в Крыму - в начале 18-ого века (примерно 1703 г.). Ени-Кале в те времена имела важное стратегическое значение — расположенная в самой узкой части пролива крепость, вооружённая мощными пушками, контролировала проход кораблей между Азовским и Чёрным морями. Самые интересные сохранившиеся части крепости – это стена с воротами и тремя остроконечными башнями, на которые периодически возят поглазеть толпы туристов на автобусах. Но при этом за сохранностью крепости и её чистотой никто не следит, так что внутри полно мусора и пахнет тоже не очень хорошо. В былые времена крепость Ени-Кале занимала территорию площадью около 2,5 га, и в её состав входили: два пороховых склада, арсенал, жилые дома, водяной резервуар, баня и мечеть, - остатки этих построек можно найти в окрестностях, но в основном это лишь части стен и фундамента, представляющие интерес разве что для историков.

Керчь, крепость Ени-Кале

Завершилась экскурсионная часть этого дня подъемом по огромной лестнице на гору Митридат к руинам античного города Пантикапей, основанного в VII в. до н.э.

______
Керчь, гора Митридат, античный город Пантикапей

И наконец на закуску, в последний день похода перед посадкой в поезд мы решили съездить на велосипедах к крепости Керчь, известной так же как форт «Тотлебен», расположенной на мысе Ак-Бурун. Её уникальность состоит в том, что крепость, занимающая около 400 га, совершенно не видна ни с моря, ни с суши - все 300 построек тщательно скрыты за земляными валами. Во времена русско-турецкой войны 1877 г. это была одна из лучших и наиболее оснащенных крепостей России.
С 1907 года крепость была исключена из действующих, ввиду переноса границ империи и превращена в огромные военные склады. В Великую Отечественную войну в крепости стоял немецкий гарнизон, сохранились даже надписи на стенах. После войны крепость оставалась секретным объектом и использовалась под военные склады. Есть одна мрачная страница в истории крепости - в советское время здесь находилась гауптвахта Черноморского флота, считавшейся одной из самых жестоких. Сохранились остатки камер и карцеров.
Подземные ходы крепости Керчь – до сих пор источник многочисленных легенд и страшных историй о колодцах-ловушках, многоэтажных подземельях, многокилометровых тоннелях… Их тут действительно великое множество; практически все сооружения, - батареи, капониры, казармы, пороховые погреба, - сообщаются друг с другом подземными переходами – потернами. Самый большой из них - 600-метровый тоннель, соединяющий форт «Тотлебен» с береговыми батареями.
Мы подъехали к крепости по грунтовой дороге, и совершенно беспрепятственно осмотрели различные постройки, колодцы и тоннели. Встретили на территории еще парочку шнырявших в поисках приключений туристов и целую группу россиян, руководитель которых нам настоятельно порекомендовал «не высовываться», так как крепость до сих пор охраняется и самовольный вход туда запрещен. Эта информация нас весьма удивила, так как по официальным данным в настоящее время крепость передана в веденье Министерству культуры Крыма и вроде как закрытым объектом больше не является, но в нашей стране все, как обычно, не так-то просто. Через некоторое время, уже пытаясь найти дорогу обратно, мы таки наткнулись на сурового дядьку-охранника с не менее суровой собакой. Пришлось состроить невинные физиономии и сказать, что, дескать, так и так, едем на велосипедах в Керчь, случайно забрели, заблудились. Дядька конвоировал нас до охраняемого выхода, откуда вела замечательная асфальтированная дорога в город, и мы довольные и счастливые поехали в направлении вокзала, чтобы успеть спаковать велосипеды перед посадкой в поезд.

Крепость Керчь (форт Тотлебен)
Так закончилось еще одно путешествие, подарившее нам море сумасшедших впечатлений, ярких эмоций и красивых фотографий, а также бесценный опыт познания окружающего мира, единения с природой и общения с людьми.

Источник: bookvachka.org.ua

Гуманистическая холера. «Явление Христа народу». Часть 2. А.С.Хомяков о картине и художнике

hismay — Fri, 16 May 2014 02:54:45 GMT

Продолжение. Рассказ о картине и Румянцевском музее см. здесь

В наследии А.С.Хомякова эта статья занимает место «в красном углу», но внешне жанр привычный: письмо редактору «Русской Беседы» по поводу картины «Явление Христа народу». В мае 1858 года Хомяков, отложив все дела, едет в Петербург, чтобы увидеть «одну картину» и самого «римского труженика», о котором столько слышал от Н.М.Языкова и Н.В.Гоголя. Эта встреча превзошла все его многолетние ожидания. Хомяков воочию убедился в недостижимой глубине, невыразимости христианского откровения, которое суждено было запечатлеть художнику. Горячей симпатией проникся он и к самому Александру Андреевичу Иванову, который при всей непосредственности в общении напоминал ему о строгости «аскетической натуры», о сокровенной отрешённости «монаха-художника». (И это во время дружеского спора о творчестве Веласкеса и Рубенса.) Отныне «святой художник» Иванов окончательно стал для него в искусстве тем же, кем Гоголь был в литературе, а Киреевский в философии.

По воспоминаниям Хомякова, им довелось встретиться ещё два или три раза. В июле 1858 года, всего через несколько недель после этого, Александр Иванов умирает от холеры. Для Хомякова это был «жестокий удар». И вновь, когда невыносимо «больно», он отвечает исповеданием своей веры. Созданный на одном дыхании текст органически соединяет непревзойдённую оценку гениального «умозрения в красках», характеристику прямого пути православного искусства и духовных перепутий на «прекрасном кладбище» европейской культуры. Наконец, и это сейчас имеет животрепещущую значимость в соотнесении с хронически болезненным восприятием «еврейского вопроса», Хомяков включает в смысловой центр статьи историософскую миниатюру, которая посвящена «совершенно исключительному явлению» в истории человечества. Миниатюра непроизвольно разворачивается в духовную панораму Ветхого Завета, вселенских вершин просветляющей веры и бездонной пропасти религии, поставившей пред последним выбором «племя или, пожалуй… народ, единственный в мире, который ясно сознавал за собою особенное призвание и особенную цель существования». Воссоздавая путь Израиля к встрече с Новым Заветом, Хомяков интуитивно следует традиции «Слова о Законе и Благодати» первого русского митрополита Иллариона.

Интернет-публикация по изданию: Хомяков А.С. Всемирная задача России / Сост. и комментарии М.М.Панфилова; Отв. ред. О.А.Платонов. Изд. 2-е. М.: Благословение; Ин-т русской цивилизации, 2011. («Русская цивилизация») (заказать книгу в РГБ; скачать pdf, 5 Мбайт); там, с учётом текстологии и комментариев в ряде последующих публикаций, текст воспроизводится по первому изданию: Русская Беседа. 1858. Т. III. Кн. 11. С. 1–22. Портрет А.С.Хомякова, его рисунок и иконы воспроизведены в книге: А.С.Хомяков — мыслитель, поэт, публицист. Т. I: Сб. ст. по материалам междунар. науч. конф., состоявшейся 14—17 апреля 2004 г... / Ред. Б.Н.Тарасов. М.: Языки славянской культуры, 2007.

А.С.Хомяков
«Художественные требования русского духа». Картина Иванова

Я начал к тебе письмо о картине Иванова и вдруг — Иванова уже и нет. Иванов умер. Я не могу тебе сказать, как тяжело меня поразила эта весть. Иванов умер. Странно: сколько лет ждали мы, чтобы он кончил свою картину, свою одну картину, и как-то мысль свыклась с тем, что одна только и будет картина от него, и многие даже наперёд утверждали, что он, кроме этой картины, ничего не напишет, и так и сбылось. Одна только и будет картина Иванова. А он ещё был и свеж, и крепок, и полон жара. Грустно! Если ему не суждено было болеть, если слабость зрения не позволяла ему уже так кончать, как прежде: разве невозможны были для него гениально придуманные и прочувствованные рисунки, которыми бы радовались и назидались будущие поколения, как некогда восхищались погибшими теперь картинами великих соперников Буонаротти и Да Винчи?[1] Если бы, наконец, и то было невозможно, разве не следовало ему, по крайней мере, пожать плод трудов своих и после многолетней упорной работы хоть сколько-нибудь насладиться дорого купленною славою?

[1] Универсальное по своему характеру творчество двух гениев Итальянского Возрождения — Микеланджело Буонарроти (1475–1564) и Леонардо да Винчи (1452–1519) — символизирует гуманистические вершины европейской культуры. Отдавая должное непревзойдённым шедеврам, величайшим интеллектуальным достижениям эпохи Возрождения, Хомяков с неумолимой трезвостью характеризует тупиковую будущность гуманистического обожествления человека, которое подспудно предопределило нарастание духовного кризиса западной цивилизации. Такая оценка станет особенно созвучной для священника Павла Флоренского («возрожденка») и А.Ф.Лосева («вырождение»).

Как только узнал я, что картина Иванова привезена, я поехал в Петербург. Тут было не одно любопытство, и даже не одна любовь к искусству: нет. Но в продолжение многих и многих годов следил я из Москвы за нашим римским тружеником, у всех спрашивал я вестей, ждал с надеждою и страхом: свершит ли он начатое, не упадёт ли духом, не умрёт ли безвременно, не впадёт ли в отчаяние или перед задачею своею, или перед мыслью о том несочувствующем мире, который будет его судить; сам не уничтожит ли своего труда как тот великий художник слова, который так глубоко умел его ценить?[2] И наконец она уже тут. Мне надобно было видеть её, увериться, что она точно кончена, что недаром ждал столько лет. И действительно, вот она, лучше, прекраснее, чем говорили. А не прошло месяца, и самого Иванова уж нет. Больно.

[2] Величие художественного дара Гоголя, по убеждению Хомякова, проявилось в высшей мере во время создания «Мёртвых душ». Такое «воскресение первобытной и истинной поэзии» возвращает всю русскую художественную школу на путь к себе, воскрешая исконные традиции нашей культуры. Причина «самосожжения» Гоголя в том, что «мягкая душа художника» не выдержала испытаний, неизбежных на этом пути. «Для его направления нужны были нервы железные». Именно самоубийственную «мягкость» Хомяков чрезвычайно опасался обнаружить в творческой судьбе автора «Явления Христа народу». При личной встрече с Ивановым его восхищённое преклонение и было вызвано тем, что «монах-художник» при всей духовной близости к Гоголю в 40-е годы сохранил «железную» верность своему «направлению», «был одною из тех аскетических натур, которым “достаётся великая доля в борьбе вековой”».

Больно мне не потому только, что он мог ещё многое совершить, и не потому только, что у него как будто похищена заслуженная награда венчанной лаврами старости, а и потому ещё, что в течение трёх дней, или трёх свиданий, я успел его полюбить от всей души. Уехал бы он Бог знает куда (хотелось ему на Восток и снова в Рим); мы, может быть, и не встретились бы более: всё равно. Я знал, что я его полюбил на всю жизнь. Он был одною из тех аскетических натур, которым достаётся великая доля в борьбе вековой, одним из тех монахов-художников, о которых И.С.Аксаков говорил с такою красноречивою любовью в «Московском Сборнике», он был в живописи тем же, чем Гоголь в слове и Киреевский в философском мышлении. Недолго живут такие люди, и это не случайность. Чтоб объяснить их смерть, недостаточно сказать, что вода и воздух невский тяжелы, или что холера получила в Петербурге права почётного гражданства, в которых остальной мир ей отказывает: ведь Гоголь умер же в Москве. Нет: другая причина сводит таких тружеников преждевременно в могилу. Их труд не есть труд личный: это не бедные и скудные природы, силящиеся выразить свою единичную сущность, не жалкие дюжинные умы, стучащие себе пальцами по лбу, чтобы добиться оттуда ответа, и получающие обыкновенно только один ответ, что «дома нет никого». Это могучие и богатые личности, которые болеют не для себя, но в которых мы, русские, мы все, сдавленные тяжестью своего странного исторического развития, выбаливаем себе выражение и сознание. Легко ли им? Как ни крепка их природа, а всё-таки она недолго выдерживает свою внутреннюю работу. И неужели так будет всегда? Мы видим пахарей и сеятелей, а жатву трудно даже и представить себе. Всего вероятнее, что труд наш, а жатва будет всемирная[3].

[3] Хронология смерти внесла свою символику в последнее восьмилетие земной жизни А.С.Хомякова. 1852 год: болезнь и смерть Е.М.Хомяковой буквально «сжигает» Гоголя, который привык доверять Екатерине Михайловне более чем кому бы то ни было. В 1856 году заболевание холерой обрывает земной путь Ивана Киреевского. Ровно через два года холера настигнет Александра Иванова. Этот роковой интервал повторится ещё раз, с наступлением 1860 года, когда, спасая от холеры крестьян, заражается и умирает Алексей Хомяков. Поистине «никто из нас не доживёт до жатвы». Так под тяжестью «странного исторического развития» в России «выбаливается» национальное сознание.

А всё-таки я тебе скажу то, что хотел сказать о картине.

Первое внимание должно обратить на самый замысел её.

В истории человеческого рода встречается одно совершенно исключительное явление[4]. Было племя или, пожалуй, был народ, единственный в мире, который ясно сознавал за собою особенное призвание и особенную цель существования. Не хвалился он древностью: напротив, признавал себя почти младшим в мире и как будто выражал это признание тем, что постоянно вёл свою родословную от младших сыновей общих человеческих родоначальников. Не хвалился он ранним величием, ибо (в отличие от всех других народных преданий) помнил себя ещё отдельною семьёю и помнил своё постепенное размножение до небольшого народца. Не хвалился ни особенною силою, ни особенным мужеством: ибо постоянно рассказывал о своём порабощении другими, часто ничтожными народами. Жизнь бродячая и в то же время заключённая в небольшом уголке мира; отсутствие всякой государственной самостоятельности, отсутствие всякой славы и всякого притязания на славу: вот судьба этого народа. Другие племена двигают миром, созидают царства, покоряют земли, гремят силою, художеством, наукою, потом падают, разрушаются, исчезают в бурях Всемирной Истории; а он, заключённый и замкнутый в самого себя, сохраняется и крепнет в самосознании, строго отвергая всякую примесь иноплеменной или, лучше сказать, иномысленной стихии, или резко освобождаясь от случайной и временной её примеси. Странный народ, живущий в мире и чуждый миру, не заключённый ни в хранительных объятиях океана, ни в неприступности гор, ни в непроходимости пустыни, ни в глуши какого-нибудь малонаселённого материка, а брошенный без защиты на перепутье всех народов, всех завоевательных сил, всех торговых предприимчивостей, и при всём том несокрушимый и целый! Он живёт единственно одною мыслью и для одной мысли. Правда, и на него нападает искушение жизни политической государственности, одним словом, Истории, и он подпадает этому искушению; но за коротким проблеском исторической деятельности следуют отпадение и конечная гибель большей части его вещественных сил, страдание, унижение и, наконец, многолетний и постыдный плен, из которого он возвращается как бы сквозь искушение огненного горнила, ещё более твёрдый, ещё более верный основному началу своей духовной мысли.

[4] С этой фразы Хомяков начинает излагать духовную историю ветхозаветного Израиля. Практически каждое последующее слово на нескольких страницах несёт неимоверную смысловую нагрузку. Уникальный по богатству красок сплав историософской и богословской тональности на письменной палитре Хомякова позволил достичь недостижимого даже для самых авторитетных специалистов по истории мировых религий: в живых символах, связующих время и вечность, отобразить сущность «маленького народца», который тысячелетиями «втаптывался» в непролазную грязь «на перепутьях великих народов», оставаясь всецело поглощённым «мыслью» о Едином Боге. Он устремлялся в небесную высь благодаря вселенской «просветлённости» своих пророков и падал на самое дно, рабствуя земным идолам. Этот «странный народ» сознательно поставил себя на самое последнее, ничтожное место в земной истории, чтобы в исключительной кровно племенной и духовной замкнутости хранить память о своём «нарождении», начиная с появления первой семьи. В самом горниле страданий и унижений «единственный в мире народ» не утратил ни одной буквы закона, ритуала сложившегося во времена праотцев, заповедей ниспосланных в откровениях пророкам. Уцелел и вернулся на «пепелища своей прежней столицы» лишь «скудный остаток» Израиля, который всецело как бы «сделался пророком». Последнее и на этот раз сокрушительное испытание иудейского племени Хомяков усматривает в «самом торжестве». «Израиль остался верным Завету и впал в самообольщение гордости. Он принадлежал истине: ему стало казаться, что истина ему принадлежит; он был Божий: ему стало казаться, что Бог — его, и со дня на день росла эта гордость...» Так подходит Хомяков к ответу на первый и последний вопрос в Истории Христианства: Грядущий Мессия «должен был дать Израилю вещественную победу и вещественное владычество над всею землёю». Этим сказано всё. В дальнейшем линию, очерченную в «Картине Иванова», наиболее твёрдо продолжит Достоевский, но уже в непосредственном соотнесении «еврейского вопроса» с реалиями России XIX века.

Самая эта мысль крайне проста и немногосложна, а именно, что ему Бог открыл истину и поручил её хранение. Зато истина эта бесконечна и всеобъемлюща; в ней заключается знание единого Бога и отношений Бога к Своему созданию — человеку, знание духовности человека и обязанностей его к Богу. В этом вся жизнь народа, вся сила его самостоятельности. Даже во время исторической его деятельности его вожди-цари только и имеют значение, во сколько они верны этому коренному началу. Они представляются воображению не торжествующими, не вооружёнными мечом или окружёнными блеском царского величия, а коленопреклонёнными, в смирении покаяния, перед старцем-отшельником, или погружёнными в думу с богохвалебною арфою или богоглагольною скрижалью[5]. Хранить Бога для всего человечества — такова единственная задача этому чудному народу; вне её ему и не нужно, и нельзя существовать, и поэтому всё, что с нею несогласно или ей противно, или чуждо, всё должно исчезать без следа, как случайность, не заслуживающая ни внимания, ни памяти. Хранить для человечества Бога и Бога единого — такова задача. Но была ли она исполнима? По-видимому, нет. Не было возможности маленькому народцу, брошенному на перепутье всех великих народов, устоять против характера и убеждений всего древнего человечества; слабому отстоять свою духовность в продолжение многих веков против сил, беспрестанно его порабощавших вещественно; преданию о Боге едином и о строгости нравственного закона удержаться в этой стране, которая изо всех стран мира представляла самое полное, самое разнообразное развитие многобожья, действующего посредством ужаса и фанатизма на воображение и посредством всех соблазнов разврата на чувственность человека; ещё менее возможно было ему удержаться в таком народе, которого все страсти, все стремления постоянно влекли к наслаждениям жизни вещественной и к поклонению видимым богам. При всём том невозможное совершилось. Внешние грозы и бедствия устранялись дивным устроением исторических судеб, поражавших врагов Израиля: «Не остави человека обидети их, и обличи о них цари. Не прикасайтесь помазанным Моим» (Пс. CIV[6]). Но против внутренних врагов, которые несравненно опаснее внешних, против искушений и соблазнов многобожья, к которому всегда стремились страсти народные, восставали спасительные силы из самых недр народа. То были люди без власти, без отличия внешнего, без всех условных знаков величия, но могучие духом, знаменьями и, словом, люди, в которых выражалась внутренняя сущность предания и его духовных основ. Они были уничижаемы, преследуемы, изгоняемы, убиваемы; но они совершили подвиг, к которому были призваны, и силою слова, как железными удилами и железным бичом, возвращали заблуждающуюся толпу от безумного разврата идолопоклонства к строгой разумности единобожия. В преемстве этих людей, пророков или зрячих — вся история их народа, история вполне духовная, спасшая для всего человечества возможность истинной жизни. Герои этой истории непохожи на героев других племён. Они не представляют развития какой-нибудь одной из способностей ума или воли, но полное преобладание и просветление всех нравственных стихий в человеческой душе[7]; своим успехом (разумеется, не личным, а историческим) они обязаны не счастью и не внешней случайности, а самим себе и силе того духа, который жил в них и сокрушал враждебность внешнего мира. По этому самому они всегда будут не только любимыми предметами для верующего созерцания, но и высшими идеалами для того художества, которое стремится воплотить тайны человеческого духа в очерки человеческого образа.

[5] Подразумеваются псалмопевец царь Давид и его сын — царь Соломон, которому ветхозаветная традиция приписывает «Книгу притчей Соломоновых», «Книгу Экклесиаста или Проповедника» и «Книгу Песни Песней Соломона».

[6] Строки 14–15 из Псалма 104:
Не остави человека обидети их, и обличи о них цари:
Не прикасайтеся помазанным Моим, и во пророцех Моих не лукавнуйте.
В Синодальном переводе:
Никому не позволял обижать их и возбранял о них царям:
Не прикасайтесь к помазанным Моим, и пророкам Моим не делайте зла.

[7] Хомяков и сам принадлежит к тем, кто не представляет «развития какой-нибудь одной из способностей ума или воли, но полное преобладание и просветление всех нравственных стихий в человеческой душе». Пророки Израиля были «уничижаемы, преследуемы, изгоняемы, убиваемы» за веру в грядущий Новый Завет. Русские пророки служат делу «просветления» России. Выдержать такое служение способен лишь человек, обладающий «железными нервами». Предвозвестники Христа совершили «подвиг, к которому были призваны, и силою слова, как железными удилами и железным бичом, возвращали заблуждающуюся толпу от безумного разврата идолопоклонства». Подлинный пророк для Хомякова — «зрячий» выразитель «внутренней сущности предания и его духовных основ». Иудеи отвергли и обрекли на мучительную смерть лучших из своих сыновей, в духовной преемственности которых — «вся история их народа, история вполне духовная, спасшая для всего человечества возможность истинной жизни». Вся общественная деятельность Хомякова, начиная со статьи «О старом и новом», посвящена «спасению» России в потоке всемирной истории.

Так жил Израиль, одинокий в народах, постоянно отрываемый страстями своими от Бога и от обетований Божьих и постоянно возвращаемый к ним духовною силою своих пророков. Наконец, из плена вавилонского, очищенный карою Божию, уменьшенный до скудного остатка, лишившийся навсегда надежды на вещественное значение в мире историческом, он возвратился на пепелища своей прежней столицы, в уголок своей прежней области. Тут замолкает голос пророков: он был уже не нужен. Страдания плена, благодетельное влияние пророческих песен, никогда не умолкавших во время этого плена, глубокое отвращение от многобожия, ругавшегося над его страданиями, обновили душу уцелевшего народа. Он всецело, так сказать, сделался пророком, и потом, в кровавой борьбе Маккавеев[8], купил свои права на Божественный обет и на всемирное призвание. Но трудно человеческой слабости устоять на духовной высоте. Искушение лежало в самом торжестве. Израиль остался верным Завету и впал в самообольщение гордости. Он принадлежал истине: ему стало казаться, что истина ему принадлежит; он был Божий: ему стало казаться, что Бог — его, и со дня на день росла эта гордость, несмотря на возрастающее порабощение миродержавному Риму. Будущий Мессия, сила Божия, должен был дать Израилю вещественную победу и вещественное владычество над всею землёю. Тогда-то из недр горящей пустыни, возросший на её дикой пище, облачённый в её дикую одежду, явился последний и величайший из пророков. Он уже гремел не против многобожия, но против родовой гордости Авраамовых потомков, учил их покаянию и кающихся очищал символическим крещением в водах Иордана[9].

[8] Маккавеи — жреческий род, который на протяжении 30 лет отстаивал религиозную и политическую независимость Иудеи (167–137 годы до н.э.).

[9] «Символическое крещение» Иоанна Предтечи являет основу основ — духовное рождение человека, очищенного покаянием.

Однажды поутру увидел он человека, идущего к крещению, и узнал в нём Того, в Ком должны были совершиться все обещания Божии. Одинок шёл Он в Израиле, как Израиль шёл одинок в народах мира; Он шёл в силе Своего смирения, без блеска, без видимого величия, с виду подобный всем сынам человеческим, и Иоанн сказал: «Вот Агнец Божий, вземлющий грех мира!»[10] То, что было достоянием одного племени, делалось достоянием всех племён, но уже в совершеннейшем богопознании. Народная исключительность разрушалась, признавая своё служебное отношение ко всему человечеству. Величайший из пророков, представитель всех прежних пророческих личностей, узнал и показал народу Того, Кого ждали все пророки: весь Ветхий Завет преклонился пред Новым, вся многовековая жизнь Израиля сосредоточилась в одно мгновение.

[10] Евангелие от Иоанна 1, 29:
Во утрий (же) виде Иоанн Иисуса грядуща к себе и глаголя: Се Агнец Божий, вземляй грехи мира.
Синодальный перевод:
На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берёт на Себя грех мира.

Таков замысел картины, и исполнение достойно замысла. Более этого сказать, кажется, нельзя: но надобно дать себе отчёт в том, как отнёсся художник к предмету своему, чтоб выразить его.

Очевидно, Иванов поставил себе в этом отношении одно правило: устранить всякий личный произвол, всякую личную прихоть. Он не хотел ни пленять, ни удивлять, ни поражать зрителя: он вовсе и не думал о зрителе. Он не хотел также и того, чтобы что-нибудь в картине напоминало об Иванове (как, например, всё в картинах Буонаротти напоминает о нём самом). Он думал, что художник не должен становиться как видимое третье между предметом и его выражением, а только как прозрачная среда, через которую образ предмета сам запечатлевается на полотне, и этой высокой простоты достиг он так, как её не достигал ни один из величайших художников, потому именно, что никто из них не постигал в такой степени её значения и законов. Следствием и наградою этой простоты было то, что величие избранного предмета действительно перешло в его изображение.

В этом отношении, бесспорно, всего замечательнее то обстоятельство, что главное лицо всей картины, Спаситель, поставлен на далёком плане. Иванов не впал в искушение выдвинуть Его вперёд (что, конечно, было бы возможно): нет. «Иоанн видел Иисуса идущего», очевидно, в некотором удалении, и Иванов так и передал происшествие, как оно рассказано. Черты Спасителя остались сравнительно неопределёнными: узнать Его можно только по общему характеру Его образа и по какой-то странно-знаменательной поступи, в которой видна несокрушимая сила кроткого смирения, идущего на подвиг деятельности и терпения. Зато как живо и естественно сделалось всё движение переднего плана! Но я скажу более: зато как ясен стал весь глубокий замысел картины! Как наглядно выразилось всё значение мира ветхозаветного, радостно протягивавшего руки к грядущему, лучшему Завету, к далёкому образу и, так сказать, иконе Христа. Я сказал, что Иванов устранил себя из своей картины и хотел, чтобы предмет сам перешёл на полотно посредством какой-то духовной дагерротипии[11], при которой исчезает самая личность художника. По-видимому, это дело невозможное. Ведь душа же человека вызывает прошедшее и облекает это прошедшее в образы. Невозможно ей хотеть устраниться. Невозможно устраниться, хотя бы она и хотела. Правда, а при всём том, по-видимому, невозможное действительно возможно. Есть разница между личным отношением человека к какому бы то ни было великому происшествию и отношением народным или мировым. Есть такие явления в истории человечества, которые созидают целую область жизни и мысли: они делаются внутренними этому народу или этой области — своему созданию, — оставаясь внешними для всех других. Их отражение в сознании народа или жизненной области, ими созданных, есть, так сказать, их собственное самосознание, вполне зависящее от их собственного характера: и будь это отражение в художестве слова, звука или очертания, оно будет песнею, музыкою, пластикою самих исходных явлений. Когда художник дошёл до такой высокой простоты, что он вполне совоплотился с тою жизненною областью, которая создана этими явлениями, — произведения его освобождаются от всякой примеси его тесной и скудной личности и получают значение всемирное, как само отражение явлений исторических, мировых. Таков характер всех произведений эпических и всех эпосов истинно народных. Высокие явления мира христианского точно так же доходят до самоотражения в произведениях истинно-христианского художества, и вот в каком смысле Иванов достиг в своей картине до полного устранения своей личности[12].

[11] Дагерротипия — первый в мировой практике способ фотографирования с натуры, изобретён в 1838 году французом Дагером.

[12] По сути, Хомяков характеризует здесь духовные основы становления и развития Русской художественной школы; см. прим. 2.

Нельзя того же сказать о многих даже первоклассных произведениях живописи. Так, например, страшно развитая мускулатура в творениях великого Буонаротти, так многие подробности в бессмертных творениях Рафаэля (св. Варвара в Дрезденской Мадонне, положение Христа в Фолиньской, почти вся Делла-Седия и др.) носят на себе характер личного произвола, а не суть отражения христианского явления в художественном созерцании христианского духа[13].

[13] Рафаэль (1483–1520) — итальянский художник и архитектор, творчество которого стало культовым символом Высокого Возрождения. Дрезденская Мадонна — «Сикстинская мадонна», величайший шедевр мировой культуры, созданный Рафаэлем; Фолиньская Мадонна — «Мадонна ди Фолиньо».

Многие из новейших поняли этот недостаток и хотели его избегнуть. Первые в этом критическом отношении были немцы, которым честь и слава за многое и многое в области мысли: но понять недостаток было для них возможно, избегнуть — нельзя. Разъединённость протестантства лишает человека возможности жить духом в полном и свободном причастии действительно христианского созерцания (ибо само протестантство есть только мир личного анализа). Немцы могли только учить, а не творить в этой области, и их уроки были небесполезны[14]. Многим был обязан наш Иванов Овербеку, которого он любил душевно и за которого сильно заступался (как я это знаю из его спора со мною); в исполнении же немецкие живописцы остались ниже искомого ими идеала и, так сказать, ниже своих собственных способностей, обессиленных односторонним отношением к христианству. Они чувствовали свою слабость и хотели ей помочь искусственным путём. Для этого доходили они в иных случаях, так сказать, до безнравственного отношения к самой вере, позволяя художественному требованию изменять их религиозные убеждения и перекидывать их из присущего им протестантства в чуждое им латинство: постоянно же старались они об одном — о ближайшем подражании наивности древних живописцев (полуиконописцев), как в отношении к строгости и отчётливости выражения, так и в отношении к развитию внешнего символизма (так, например, Овербек подкидывает херувимов под ноги Спасителя для выражения безопасного шествия Его между раздражённых евреев). Но всё, что человек прививает себе насильно, остаётся бесплодным в художестве. Наивность древних перешла в сухость, холодность и приторность у новых подражателей; несмотря на великое достоинство многих художников, она перешла в фистулу взрослого, прикидывающегося ребёнком[15]. Английские и французские дорафаэлиты ещё хуже немецких.

[14] «Личный анализ» явлений, предметно связанных с эстетикой, как и в любой сфере науки о культуре, по убеждению Хомякова, был особенно плодотворен в немецкой философии, но это лишь одна «сторона», один из подступов к синтезу, возможности которого раскрываются полностью только в лоне православной, соборной мысли. Сама природа художественного творчества непосредственно зависит от нравственных ценностей, личностного миросозерцания, духовных основ общества — от «меры, характера, источника веры».

[15] Ф.Овербек — один из самых ярких и типичных, по мнению Хомякова, представителей немецкой классики в изобразительном искусстве Европы XIX века. Эта школа дала целый ряд блистательных по техническому исполнению картин на библейские сюжеты.

Но отчего же живописцы католические не могли сделать того, что невозможно протестантским? Оттого, что время искреннего латинства уже пережито человечеством.

Действительные образцы простоты встречаются только в живописцах до-леонардовского времени, т.е. в живописцах, которых ещё почти нельзя называть художниками. У них всякий предмет из жизни Церкви переходит в образ, отражаясь не в личном, а в церковном созерцании, но (не говоря даже об односторонности римско-католического настроения) эти древние живописцы Западной Европы, вследствие той эпохи, которой они принадлежали, представляют образцы простоты ещё на степени наивности, т.е. простоты детского, а не совершенного возраста. Это различие слишком часто упускается из виду критикою: между тем оно очень важно. Автор легенд наивен, но никто не употребит слова «наивен» об Апостолах. Подражать этой наивности есть уже неразумие; к детству не может, да и не должен возвращаться человек. Его стремление должно быть — прийти «в меру возраста, в мужа совершенна». Иванов не впадает в ошибку современных нам дорафаэлитов. Он не подражал чужой простоте: он был искренно, а не актёрски прост в художестве и мог быть простым потому, что имел счастие принадлежать не пережитой односторонности латинства, а полноте Церкви, которая пережита быть не может. С другой стороны, самая простота древних живописцев сопряжена с незнанием многого в технике художества. Этому незнанию также подражают, не понимая, что оно в них случайность их века, а не начало их художественной деятельности. Опять великая ошибка, в которую не впадал Иванов, но которая объясняется историею развития живописи.

Древние художники, как я сказал, не знали многого: в технике рисования и живописи. Это незнание поразительно в них во всех, и особенно в учителях всей Европы — византийских иконописцах. Школа великого Панселина представляет в одно время и самый высокий замысел живописи (замысел, до которого едва ли достигал кто-нибудь из позднейших художников), и величайшее неуменье в исполнении замысла. Художник ещё не владеет собою, ибо не владеет тем образом, в котором хочет выразиться, формою человеческого тела. Предшественники Рафаэля или, лучше сказать, Леонарда, близкие по замыслу к византийским учителям (хотя и уступающие им в глубине и строгости мысли), стараются овладеть этим образом — телом человеческим и, разумеется, всею его обстановкою, т.е. формами всей видимой природы. Требование и путь были разумны, но сознание их явилось слишком поздно. Оно пришло не из внутренней работы духа, но от внешнего толчка, именно: от восстановления памятников Древнего мира и от влияния разбежавшейся перед турками Византии. Те же причины потрясли уже изживавшую державу римского начала в области духа. Распадающееся духовное общество отпустило всякую личность в свободу её собственного бессилия, и прежняя задача живописи сделалась неразрешимою. Художник хотел овладеть образом тела и сделался его рабом вследствие шаткости и неопределённости своей собственной мысли. В этом весь упадок позднейшего художества. Тело взяло перевес над духом, и перевес был тем соблазнительнее, что он умел прикидываться чем-то духовным. Это странное явление — плоти, притворяющейся духом, — повторяется не раз в истории человечества и в разных областях его деятельности. Оно и в геркулесовских идеалах Буонаротти, и в таких творениях Рафаэля, как его Мадонна Делла Седия, и в роскошной красот е венецианцев[16], и в сверкающей красоте мнимо-наивного Аллегри[17], и во всех Болонцах[18], не исключая даже чистейшего из них Доминикина, и в смеси мягкой неги и жёсткого факиризма у испанцев[19], точно так же, как оно же и в видениях Терезии[20], и в восторгах первых францисканцев, и в рыцарстве религиозного Макиавелля — Лойолы[21], и во всех закатившихся зрачках сентименталистов, и во всех сомкнутых глазах мистиков, и в нравственных выходках Жорж-Зандов, и даже в подражании Христу Герсона, который по тому самому и мог сжечь праведного Гуса[21а]. Но это мимоходом: собственно же я говорю об этом явлении в живописи. В ней оно и обессиливает художника, и совершенно противно самой идее христианского искусства. Чистый натурализм, хоть бы рембрандтово «Снятие с Креста» или «Распятие» Остада, религиознее и нравственнее всего этого.

[16] Венецианская школа живописи снискала наибольшую славу в XV–XVI веках изысканной пластикой и виртуозной техникой масляной живописи.

[17] Антонио Аллегри (1489–1634) — итальянский живописец периода Высокого Возрождения. Его творчество отличается декоративным изяществом, с усилением динамической экспрессии в картинах зрелого периода.

[18] Болонскую школу прославила плеяда художников XVI–XVII веков (Карраччи, Г.Рени, Доменикино, Гверчино).

[19] Испанцы — Эль Греко, Д.Веласкес, Ф.Сурбаран, Б.Э.Мурильо, Ф.Гойя.

[20] Терезия — Тереза, испанская монахиня (1515–1582); канонизирована в 1622 году. Памяти её посвящена мраморная скульптура Джованни Лоренцо «Экстаз святой Терезы».

[21] Лойола — Игнатий Лойола (1449–1556), основатель ордена иезуитов (1534); канонизирован в 1622 году.

[21а] Герсон (Жерсон) Жан-Шарлье (1363–1429) французский богослов, канцлер Парижского университета, сторонник умеренной реформы церкви, автор сочинения «Об исправлении церкви» и мистических трактатов. Деятель Констанцского вселенского собора (1414–1418), осудившего Яна Гуса и приговорившего его к костру. — Примеч. «Читательской гостиной».

Наш Иванов стоял на твёрдой почве и мог совершить то, что было невозможно для художников Европы. Он мог овладеть формою, изучить, узнать и передать все тайны телесного образа и остаться вполне верным своей духовной основе. Он был учеником иконописцев и в то же время смел уметь (я сказал ему это слово перед его картиною, и он молча пожал мне руку). Оттого-то он и кажется чем-то таким новым в живописи, что всем восклицание «Как это ново!» невольно приходит на язык даже без ясного понимания. Действительно же, это новое есть только старое, некогда детское, а теперь пришедшее в возраст совершенный.

Неужели, увидав эту картину, ещё будут спрашивать: «Зачем Иванов посвятил ей 25 лет?» А я слыхал такой вопрос, и не раз. Неужели не поймут, что такое сосредоточение всех сил, всей жизни на один предмет, на одно творение, такая неслабеющая любовь достойны удивления? Почтение к художнику уступает уже место благоговению пред человеком, когда подумаешь об этом мысленном труде, предпринятом и выдержанном в наше время. Многое великое ещё возможно, когда такой подвиг был возможен.

Источник: readerlounge.blogspot.com

Холера опис. Возбудитель холеры

hismay — Fri, 16 May 2014 01:47:29 GMT

$CUT$

Возбудитель холеры

Холера как острое инфекционное заболевание человека, имеющее тенденцию к эпидемическому распространению, причины ее возникновения и характеристика возбудителя. Этиология, патогенез данного заболевания, порядок его диагностирования, лечения, профилактики.

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже.

Cтуденты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны

Подобные работы

История зарождения и развития эпидемий холеры, причины ее распространения в Азии. Характеристика возбудителя данного заболевания, пути его распространения от больных к здоровым, выживания вибрионов при различных условиях. Патологическая анатомия.

контрольная работа [26,4 K], добавлена 11.11.2010

Холера как острое заболевание, возникающее в результате бурного размножения в просвете тонкой кишки холерного вибриона. Патогенез, симптомы и течение болезни. Клиническое течение, лечение и неотложная помощь. Профилактика и предупреждение болезни.

реферат [20,8 K], добавлена 23.01.2011

Острый ларинготрахеит как острое респираторное вирусное заболевание, причины его возникновения, клиника и этиология. Диагностика и построение схемы лечения. Порядок и правила оказания неотложной помощи при диагностировании данного острого заболевания.

реферат [13,8 K], добавлена 28.04.2011

Бруцеллез - острое инфекционное заболевание человека и животных. Виды и характеристика его возбудителей. Источники и пути заражения здоровых животных и обслуживающих их людей. Патогенез и патологическая анатомия, фазы развития болезни, курс ее лечения.

реферат [25,8 K], добавлена 09.11.2010

Корь как острое инфекционное заболевание, вызываемое вирусом кори, передающееся воздушно-капельным путем, его общая характеристика, этиология и патогенез. Клинические проявления и периоды развития кори, постановка диагноза, лечение и профилактика.

реферат [35,8 K], добавлена 10.04.2012

Рассмотрение истории возникновения псевдотуберкулеза. Характеристика этиологии, морфологических, тинкториальных, культуральных, биохимических и патогенных свойств возбудителя, антигенной структуры, методов диагностики, профилактики и лечения заболевания.

реферат [21,5 K], добавлена 23.04.2010

Понятие и клиническая картина бронхопневмонии, ее характерные черты и негативное влияние на системы организма, этапы протекания, этиология и патогенез. Факторы, провоцирующие развитие и остроту данного заболевания, принципы его лечения и прогнозы.

реферат [14,7 K], добавлена 26.04.2010

Бешенство – острое инфекционное заболевание зоонозной природы, протекающие с поражением нервной системы и заканчивающиеся летальным исходом. Этиология, источник инфекции, профилактика данного заболевания. Порядок оказания первой помощи пострадавшим.

доклад [15,1 K], добавлена 19.10.2011

Краткая история бешенства как заболевания человека и теплокровных животных. Этиология, патогенез и способы передачи инфекции бешенства. Инкубационный период и клинические симптомы заболевания. Методы диагностики, лечения и профилактики бешенства.

реферат [47,9 K], добавлена 02.11.2012

Сибирская язва как острое инфекционное заболевание с лихорадкой и интоксикацией. Протекание заболевания сибирской язвой в виде кожной, кишечной, легочной и септической формы. Возбудитель заболевания, источник бактерий, эксперименты с сибирской язвой.

презентация [3,9 M], добавлена 20.09.2011

Холера (греч. cholera), острое инфекционное заболевание человека, имеющее тенденцию к эпидемическому распространению; относится к карантинным болезням . Холера известна с древнейших времён. Исторический эндемический очаг - бассейны рек Ганга и Брахмапутры в Индии, что обусловлено влажным климатом, высокой плотностью населения, использованием необеззараженной воды для питья. Из Индии Холера заносилась в другие страны, вызывая опустошительные эпидемии. Начиная с 1816 года, известно семь масштабных эпидемий холеры, каждая из которых возникала в Индии. И лишь в 1883-1896 годы, Кох - немецкий микробиолог, обнаружил возбудитель холеры - классический холерный вибрион.

Источник: doktore.ru

Холера меры предосторожности. Осторожно, холера!

hismay — Thu, 08 May 2014 00:19:34 GMT

Условия передачи материалов

1. Настоящие Правила регламентируют отношения между ЗАО «Аргументы и Факты» (далее Издание) и лицом (далее - Пользователь), предоставившим изданию фото, видео материалы (далее – Материалы). 2. Передача Материалов Изданию и размещение их на сайте aif.ru (далее - Сайт) становится возможным для Пользователя после выражения согласия с условиями настоящих Правил и заполнения пунктов в специальной форме. 3. Предоставляя экземпляры Материалов Изданию, каждый Пользователь тем самым: 1. гарантирует, что является автором Материалов и обладателем исключительного права на них, подтверждает, что права на использование Материалов, включая права на воспроизведение, распространение, публичный показ, трансляцию на страницах Издания в социальных сетях, сообщение в эфир и по кабелю, доведение до всеобщего сведения, не переданы третьим лицам. 2. дает полное и безотзывное согласие на размещение Материалов на Сайте; 3. соглашается с тем, что он несет полную ответственность в отношении Материалов, размещенных на Сайте; 4. отказывается от любых видов авторского вознаграждения за использование Материалов Изданием в соответствии с настоящими Правилами. 4. Пользователь несет ответственность, предусмотренную российским законодательством, за нарушение интеллектуальных прав третьих лиц. 5. Пользователь подтверждает свое согласие на обработку предоставленных Изданием его персональных данных. Обработка персональных данных Пользователя осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации. Издание гарантирует конфиденциальность информации, указанной Пользователем. Указанная информация не подлежит разглашению третьим лицам, за исключением случаев, предусмотренных действующим законодательством Российской Федерации. 6. В случае предъявления третьими лицами любых претензий к Изданию, связанных с размещением на Сайте Материалов, а также с использованием Изданием Материалов, предоставленных в соответствии с настоящими Правилами, Пользователь обязуется своими силами и за свой счет урегулировать указанные претензии с третьими лицами, а Издание оставляет за собой право изъять Материалы из свободного доступа до такого урегулирования. 7. Издание не несет ответственность за содержание Материалов и за соответствие их требованиям законодательства Российской Федерации, за нарушение авторских прав, использование товарных знаков, наименований фирм и их логотипов, а также за возможные нарушения прав третьих лиц в связи с размещением Материалов на Сайте. 8. Материалы не должны содержать никаких незаконных элементов, способствовать разжиганию религиозной, расовой или межнациональной розни, содержать сцены насилия, либо бесчеловечного обращения с животными, носить непристойный или оскорбительный характер, содержать рекламу наркотических средств, нарушать права несовершеннолетних лиц, носить порнографический характер, содержать коммерческую рекламу в любом виде, а также наносить ущерб чести, достоинству и деловой репутации третьих лиц. 9. При размещении Материалов Издание указывает имя Пользователя, указанное Пользователем при предоставлении Материалов. 10. Издание вправе отказать в размещении Материалов без объяснения причин отказа, а также удалить Материалы по своему усмотрению, если их содержание противоречит нормам этики и морали, не соответствует требованиям, установленным законодательством Российской Федерации, и противоречит требованиям настоящих Правил. 11. Издание не несет ответственность за полную или частичную утрату Материалов, предоставленных Пользователем. 12. Настоящие Правила могут быть изменены Изданием в одностороннем порядке без специального уведомления Пользователя. Согласен с условиями

Источник: www.nsk.aif.ru

Холера на павло-очаковской косе. Купаться опасно!

hismay — Wed, 30 Apr 2014 05:42:53 GMT

$CUT$

В этом году на удивление рано вода в местах, отведенных для купания, стала темно-зеленого цвета. Прежде всего, это связано с цветением водных растений. Скажется ли это на здоровье купальщиков и вообще можно ли окунуться в прохладную водичку или лучше не рисковать и воздержаться. Чтобы развеять опасения жителей Приазовья мы обратились к начальнику Управления роспотребнадзора Андрею Глухову.

Андрей Алексеевич заверил нас, что в цветении водной растительности нет ничего страшного. Однако, вода в реке Дон и в районе Павло-Очаковской косы не соответствует санитарно-гигиеническим требованиям для зоны купания. Она обогащена вредоносными организмами выше допустимого уровня. Тем не менее заключения, запрещающего купание в водоемах пока нет, ведь микроорганизмы, возбуждающих кишечные инфекции еще не были найдены, но это лишь дело времени, так как несколько лет подряд к середине лета ситуация обостряется.

Исключительные права на изображения, опубликованные в рамках статьи, принадлежат процитированному изданию и/или его партнерам.

Источник: www.azov.biz

Кирилловка новости холера. Холера захватывает юг Украины

hismay — Sun, 20 Apr 2014 17:29:19 GMT

$CUT$

Смертельно опасный вибрион захватывает новые районы, подбираясь к Крыму.

До сих пор украинские власти настойчиво убеждали, что эпидемия холеры носит локальный характер - мол, острая кишечная инфекция поражает людей только в Мариуполе.

Это крупный индустриальный центр и главный порт Донбасса на Азовском море. Здесь был открыт противохолерный госпиталь, ежедневно пополнявшийся больными.

Горожанам запретили купаться на пляжах, продавать, покупать и использовать местную рыбу. По официальной версии, холерный эмбрион распространялся в морской воде. Однако сегодня холерных больных госпитализируют за сотни километров от морского побережья.

Еще 30 мая в Киеве собралось экстренное заседание Кабинета министров Украины. По личному распоряжению президента Януковича новый министр здравоохранения Александр Анищенко - кстати, в недавнем прошлом начальник управления здравоохранения Донецкой области - тем же вечером улетел в Мариуполь. Он должен был на месте событий проконтролировать работу чрезвычайной противоэпидемической комиссии.

- Ситуация с холерой контролируемая! - бодро отрапортовал пан министр на камеры СМИ и вернулся в столицу. Проблему посчитали как бы закрытой.

С тех пор только в "единственном очаге" Мариуполе количество зараженных увеличилось в четыре раза. А главное, инфекция стремительно распространяется по степным районам южного Донбасса. На Донетчине она дошла до Волновахского района, где госпитализировали первых больных. То есть, холера продвинулась от Мариуполя в сторону Донецка.

Эпидемия уже пересекла границу областей. Холероподобные вибрионы обнаружили в 13 очагах соседнего запорожского региона, в том числе на пляжах курортного Бердянска и на территории самого Запорожья. Хотя еще несколько дней назад местные чиновники клялись - Днепр чист!..

Ту же гадость нашли в реке Молочной и стоках очистных сооружений Мелитополя - причем во всех пробах сразу. Заведующая эпидотделом мелитопольской горСЭС Лариса Сапрыкина признала, что в городе есть люди - носители холеры.

Именно здесь расположен крупнейший железнодорожный узел на пути в Крым и проходит знаменитая автомобильная трасса "Москва-Симферополь". Все курортные поезда из Москвы, Питера и других российских городов обязательно останавливаются на станции Мелитополь.

По словам главного санитарного врача Запорожской области Анатолия Севальнева, "проведение исследований, в результате которых был выявлен холероподобный вибрион, не связано с ситуацией в донецком Мариуполе". Точнее говоря, в запорожских степях уже своя холера...

Опасность нарастает, но наши люди верны себе. Хотя по всему побережью Азовского моря запретили купаться, украинцы словно не боятся холеры: на "закрытых" пляжах полно народа. Объявления "За купание штраф - 200 гривен" (800 рублей) воспринимаются милой шуткой. Хотя бы потому, что у милиции нет никаких законных оснований брать со свежевыкупанных громадян такие деньги.

То же самое с "рыбным" табу - сырая, а особенно вяленая и копченая продается на каждом придорожном базаре. Рыбные связки продолжают в открытую носить по пляжам. А как иначе, если азовские курортники не представляют себе отдыха без пива и сушеных бычков?

Невероятно, но хозяева курортного бизнеса смогли добиться разрешения открыть сезон-2011, как будто эпидемии нет вовсе. Наоборот, в турбазах и домах отдыха говорят о небывалом для июня наплыве клиентов. Логика проста: "Мы решили в начале лета съездить отдохнуть, а то вдруг в июле холера и до всего побережья доберется". Стоимость двухместного номера буквально на глазах растет от 200-250 гривен до 300 (1200 рублей) и выше.

Крайне любопытно прокомментировала ситуацию зам главврача Донецкой облСЭС Тамара Биломеря:

- Пансионаты готовы к работе - их никто не закрывал и не принимал решение о том, что они не будут функционировать. Запрещено на данный момент купание, то есть люди могут ехать отдыхать, но пока еще без купания в море.

Трудно представить себе это "можете ехать без купания". На самом деле, местные власти попросту не знают, что предпринимать...

Нынешнюю неделю завершает праздник Святой Троицы - значит, на Украине будет сразу три выходных. Многие уже буквально сидят на чемоданах, отправляясь на июньский уик-энд.

Например, от Днепропетровска до моря всего четыре часа езды. Люди забронировали кучу мест в пансионатах курортной Кирилловки, Бердянска и Приморска. "Я позвонила хозяину базы, но он заверил, что в Бердянске отдыхающие давно открыли купальный сезон, и никакой холеры у них нет. Но ведь Мариуполь и курорты Запорожья - одно побережье", - сетует днепропетровчанка Галина Андреева.

- В Бердянск мы поедем в пятницу, и будем выяснять ситуацию, - сообщила пресс-служба МЧС Запорожской области. Однако если дело плохо, что они скажут сотням тысяч отдыхающих, которые уже будут на месте?

Бердянском горсовет нашел свое решение: "Не рекомендуется купаться на пляжах, которые расположены с внутренней стороны Бердянского залива, а на пляжах со стороны моря купаться можно..." Хотя абсолютное большинство баз, детских оздоровительных лагерей и частный сектор расположены как раз в заливе...

Оптимистично настроены и в Крыму.

- Севастополь холера не возьмет! - заявил на сегодняшнем на брифинге первый зам председателя госадминистрации города-героя Сергей Живодуев. Он заверил, что все медицинские учреждения и санэпидслужба "готовы к проведению экстренных неотложных мероприятий по предупреждению распространения карантинных инфекций, в том числе холеры".

- Результаты 50 проб морской воды и 55 лабораторных исследований для идентификации холерного вибриона вяленой, соленой, слабосоленой рыбы из Азово-Черноморского бассейна отрицательные!.. - радостно сообщили заместитель главного санитарного врача севастопольской СЭС Лариса Титова...

8 июня в донецкий Мариуполь прибыли специалисты противочумной станции Минздрава. Здесь снова ожидают министра здравоохранения. Зато главный государственный санитарный врач Украины Сергей Рыженко не приедет - на фоне разгорающейся холеры он подал в отставку.

- У нас практически не наказывают нарушителей эпидрежима, - говорит доктор Рыженко. - Чтобы остановить большую беду, нужны законы, как в Китае.

Невероятной популярностью пользуется сейчас в украинской сети последний пост из блога известного киевского историка и публициста Олеся Бузины:

"...В отличие от высосанных из пальца эпидемий "свиных гриппов", эта опасность для Украины реальна. Холера - враг старый и крепкий. В 1830 г. болезнь поразила всю тогдашнюю Российскую империю, начавшись с юга нынешней Украины - Одессы и Севастополя. Люди умирали тысячами. Возникла паника, бунты. Прокатывались чудовищные слухи. Верили, что "воду отравляет начальство". Убивали врачей. От холеры тогда умер даже командующий русской армией в Польше фельдмаршал Дибич и брат царя - великий князь Константин, а Пушкин, запертый карантином в Михайловском, отложил женитьбу и засел писать "Пир во время чумы". Николаю Первому приходилось лично выходить на площадь в Петербурге и успокаивать напуганных людей.

Зашло к нашим берегам судно, слило балласт из трюмов, набранный где-нибудь в Африке, и парализовало целое побережье. Или проснулась от солнечной активности и жары дремавшая "вЁтчизняна" инфекция. Теперь уже никто не скажет точно. Но эффективность государства определяется как раз такими экстремальными ситуациями. Не думайте, что это проблема только южных городов. Холера - не драка на свадьбе. Она может прийти и в Донецк, и в Луганск, и в Днепропетровск, и в Киев, и во Львов. От нее не спасет никакая политическая ориентация. Последняя масштабная вспышка холеры была на Украине в Одессе в 1970 году. Тогдашняя "плохая" коммунистическая власть полностью ЗАКРЫЛА город карантином и сумела ее быстро укротить. Эффективность нынешней власти будет проверена тем, как скоро она сможет побороть не "Юлькин грипп", а невидимую, но смертельно опасную палочку...".

Источник: news.rin.ru

Холера пънк. "Панка Волошина" -

hismay — Tue, 08 Apr 2014 03:17:41 GMT

Панку Волошину бабы били дважды: года три назад на Первомай, а летошний год оттаскали за волосы просто так, без всякого праздника.

Начала это дело Маруська Шевелева, чей Сенька каждую субботу после бани норовил вроде бы смотаться на дежурство, а на самом деле до утра пролеживал у Панки под пышными пологами. Так что Маруська захватила его на коровьем реву, еще тепленького и пахнущего самогонкой; ткнув в раму для начала березовым поленом вполсилы, она негромко крикнула: «Ты тута, изменщик!» Сенька, конечно, выскочил в другое окошко, и Маруська на полную силу вскричала: «Уби-и-и-вают!»

Одной Маруське с Панкой справиться было невмочь, она до тех пор голосила под окошками, пока не прибежали на крик Фенька Голубева и Лизавета Сморогдина, чьи мужики в свое время тоже зоревали в Панкиной избе. Они еще только вбегали в ограду, а Маруська уже начала березовым поленом выставлять окна: два обработала чисто, а потом и само полено метнула в окно с криком: «Стерьва!» Попало оно по Панке или нет, неизвестно, но Панка тут сама вышла на крыльцо, увидев силу баб, проговорила негромко:

– Ах, Сенька, Сенька!

А Сенька уже улепетывал огородами, согнувшись, как солдат под бомбежкой. Ну и началась драка – Панке подбили глаза, разорвали кофту, белы груди исцарапали, чубчик разредили, и неизвестно чем бы побоище закончилось, если бы во дворе не появился участковый уполномоченный Анискин. Встав столбом, он тяжело посопел от слоновьей полноты и привычно сложил руки на пузе, ничего не говоря.

– Анискин! – первой спохватилась Маруська. – Бабы, бережись!

Драка затихла, к радости испуганных Панкиных куриц и трехногого пса Шарика – куры закудахтали, а пес вылез из конуры и сторожко пошел к хозяйке.

– Чего стали? – спросил Анискин. – Дрались бы дальше, а я бы посмотрел. Мне кина не надо, когда бабы дерутся!

Анискин неторопливо огляделся – всходило уж солнце над Обью и кедрачами, клокотали голуби на стрехе, живой свет лился от реки.

– Ц-ц-ц-ц! – сказал Анискин. – Раньше в эту пору люди к заутренней шли, теперь народ по воскресенью отдыхает, а они, лахудры, дерутся. Тьфу! – Анискин сплюнул, посмотрел, как плевок разбился о землю, и добавил: – Ты телеса-то прикрой, Панка! Ежели кофту порвали, это не означает, что ты должна телешом быть… Это у тебя кто ночевал? Сенька?

– Сенька…

– Так это он огородами бег! Ну, трус…

Анискин сел на крыльцо, распахнул на груди рубаху, вытаращив глаза по-рачьи, посмотрел на тех баб, что били Панку. Он так на них смотрел, словно это были не люди, а деревяшки какие-нибудь.

– Вот почему, – строго спросил Анискин, – от умных и тихих баб мужики к Панке бегают? Язык сглотнули? Ну, тогда я вам сам скажу! Вы мужиков обратно в баб сделали. Это ведь страх, как Сенька огородами бег! У вас мужик несчастный, запуганный – вот какие вы есть стервозы!

Панкин пес, Шарик, вильнул обрубком хвоста и трехного пошел к Анискину. Участковый погладил собаку по кудлатой голове, вытащил репей и, посмотрев его на свет, сердито отбросил в сторону.

– Все трое – кыш домой! – негромко сказал он. – Вот с каждой отдельно разберусь…

Когда бабы осторожно ушли, Панка прикрыла плечи остатками кофты, вздохнув, прошла по двору и села рядом с Анискиным, который рачьими глазами искоса смотрел на нее.

– Ц-ц-ц-ц! – огорчился Анискин. – Это ведь подумать!

Плечи у Панки были белые, как меловая гора за Обью, сама она была узкая и длинная, как остяцкий обласок, но для удивления – при больших и высоких грудях. Странной у Панки была кожа лица: она светилась.

– Ты думаешь, мне тут с тобой сидеть – одно удовольствие? – строго спросил Анискин.

– Я, Федор Иванович, жду, когда вы заговорите!

Опытный Анискин прикинул, что через часок левый Панкин глаз прикроется от синяка, правый же будет немного смотреть на свет божий; Панка и так была узкоглаза, как бурятка, а тут совсем ничего не останется, хоть от смеху помирай. Но Анискин не улыбнулся, на Панку смотрел сурово и спросил наконец:

– Отчего это, Панка, к тебе мужики липнут?

– А кто их знает, Федор Иванович!

Панка спокойными, медленными движениями укутывала лохмами кофты меловые свои плечи, от старательности зубы у нее обнажились – ровные и блестящие. Даже в изодранной кофте, с синяками Панка казалась опрятной и чистенькой, словно и не она дралась с тремя бабами. Отчего это так, Анискин понять не мог, но он еще раньше примечал, что на Панке любая ситцевая кофточка выглядит, как крепдешиновая или маркизетовая.

– Ну, ладно, теперь помолчи! – сказал Анискин, хотя Панка молчала и даже тихо улыбалась. – Теперь я сам должен подумать, что мне с тобой произвесть, Панка!

Как всегда по утрам, солнце по небу перемещалось быстро – всего пять минут сидел участковый на Панкином крыльце, а оно уже перепрыгнуло через дома, село на березу и посверкивало. Драться бабы начали на коровьем реву, теперь же коровы позванивали боталами за околицей, и было, значит, минут пятнадцать седьмого. «Вот бабы – черти! – весело подумал Анискин. – Это ж надо – в таку рань драку учинить!»

– А ведь ты, Панка, холера! – звучно сказал он.

– Все может быть, Федор Иванович!

– Так… Ну, теперь опять помолчи!

Анискин сыто ухмыльнулся. Он по причине толщины был вообще медленный в словах и движениях, а по утреннему времени жил еще медленнее. Анискин расцепил руки, уперся ладонями в доски крыльца и медленно, точно его поддомкрачивали, повернулся к Панке, так как ему надоело косить на нее глаза – голова на шее у Анискина не крутилась, да и не было ее, шеи-то. Повернувшись, он трижды кашлянул и сказал с придыханием:

– А?

– Я вас, Федор Иванович, слушаю…

Тогда Анискин скривил нижнюю губу, верхнюю приподнял, а глаза заузил – улыбнулся.

– Чудная ты, Панка! – сказал он. – Какой толк мне с тобой говорить и на тебя кричать, если ты не отбиваешься и страху не чувствуешь? Это как так?

– У меня, Федор Иванович, страху нет! – сказала Панка. – Ты сам посуди: кого мне бояться. Ребятишек у меня нет, мужика нет, дом колхозный, из скотины – один Шарик, да и тот трехногий… Ну за кого мне бояться, Федор Иванович?

Источник: www.litmir.net